Буря не утихала. Нос драккара погружался в ледяную пену, выныривал и опять уходил в свинцово-серую воду. Корабль содрогался под непрерывными ударами волн. К счастью, он был весьма прочен, с узкими обводами. Как и все викинги, Эйрик хорошо знал повадки Великого Океана, по которому плавал с самого раннего детства. Так что тревожила его не столько буря, сколько сомнение, достигнет ли он когда-нибудь загадочных «Западных Земель». Изо дня в день горизонт был чист, и уже не верилось, что где-то есть земля.

Каждый вечер Эйрик определял свое местонахождение по звездам. Он знал, в какой стороне находится Исландия, но назад повернуть не мог. Месяц назад он убил в стычке нескольких человек. Совет старейшин приговорил его к изгнанию из родных краев. И потому, забрав с собой жену, сыновей и горстку сторонников, он поплыл по бурному морю на запад, навстречу неизвестности.

Последней надеждой для Эйрика было воспоминание о странной истории, услышанной некогда от старого моряка по имени Гуннбьёрн.

«В дни моей молодости,— рассказывал старик,— восточным ветром меня занесло далеко на запад, на край земли... Я уж думал, что все пропало, но мой корабль выбросило на скалы, и я вступил на землю неведомого острова». Только вот был ли старик в здравом уме? Как знать, вправду ли он достиг заката? И есть ли вообще на краю света пригодные для жизни земли? Трудно сказать...

Прошло еще два дня, люди совсем закоченели от ледяного ветра, кончались припасы— и тут Эйрик заметил наконец исхлестанную ветрами, заснеженную землю. Они были спасены!

Драккар долго плыл вдоль побережья, пока мореходы не выбрали для стоянки удобную бухту, хорошо защищенную от северных ветров. На этом суровом острове, который Эйрик назвал почему-то Гренландией, что значит «Зеленая земля», можно было жить, но жизнь здесь была суровой. Людей охватила тоска по родине, и через три года они решили вернуться в Исландию.

Их считали погибшими, и когда они объявились, изумлению не было конца. Вопреки ожиданиям встретили их неплохо. Эйрик примирился со своими противниками, все только и говорили, что об этой новой земле— Гренландии, Рассказы Эйрика так увлекли исландцев, что на следующий год туда отправились двадцать пять кораблей. По пути их застигла столь сильная буря, что до Гренландии добрались лишь четырнадцать. Прочие либо потонули, либо были отнесены далеко на запад. Их судьба осталась неизвестной.

Но и тем, кто выжил, тоже пришлось нелегко. Зимы выдались суровые, еды не хватало, и несколько семей захотели покинуть эти негостеприимные края. Встревоженные поселенцы решили тогда посоветоваться с прорицательницей. Как-то вечером она вошла в зал собраний в темно-синем, шитом жемчугом плаще и с волшебным посохом в руке. Воцарилось почтительное молчание. В честь «Маленькой провидицы» — так ее называли — на столы подали последние запасы еды. Мужчины, женщины и дети надели праздничное платье.

Маленькая провидица уселась в большое кресло, устланное шкурами белых медведей. Ее окружили женщины, чтобы прислуживать ей. Среди них была и молодая Гудрид, которой, как христианке, не положено было участвовать в этой языческой церемонии. Зазвучали священные песнопения, древние сказания. Поздно ночью, пристально всматриваясь в очаг, Маленькая провидица начала свои предсказания.

— Я вижу солнце... Да, я его вижу! К новолунию вернется весна, а там отступят и болезни,— твердо сказала она, и это пришлось по душе всем. Помолчав, пророчица стала предсказывать судьбу присутствующим, которые жадно ее слушали— ведь всем хотелось узнать, что их ждет впереди. Эйрик, Бьёрн, Карлсефни часто мечтали вслух о теплых краях, и провидица возвестила, что один из сыновей Эйрика достигнет когда-нибудь новой земли — обширной и плодородной, приветливой и прекрасной.

Предсказание это сбылось. Через несколько лет юный Лейв, крепкий и здоровый юноша, был принят королем Норвегии. Тот предложил ему проповедовать новую религию — христианство,— которую недавно принял и сам. Лейв охотно согласился и отбыл в Гренландию. Но, гонимый сильным восточным ветром, он заблудился и совершил самое большое в своей жизни плавание: после долгих скитаний он пристал к чудесной неведомой земле, где в изобилии росли дикий виноград и дикая пшеница.

Он назвал этот новый мир Винландом — Виноградной страной.