БУЛАТ - МОЛОДЕЦ

В некотором царстве был у царя единый сын: Петром -царевичем звали. Только было стал Петр-царевич в зрелый возраст входить, помер у него отец. И думает Петр-царевич: «Прежде чем начать царством править, дай поеду, по белу свету 
постранствую, посмотрю, как где люди живут». 
И поручил он мудрым советникам все свое царство, а сам поехал странствовать. Долго он по белу свету из страны в страну ездил, везде ко всему присматривался да прислушивался, набрался всякой мудрости и хотел было домой возвращаться, да заехал по пути в большой торговый город и думает: «Дай-ка еще этот город осмотрю, а там и домой пора». Отдал он слугам убрать свою лошадь, а сам по улицам походить пошел. 
Идет царевич торговой площадью и видит, что на той площади человека кнутом нещадно бьют, а человек стоит, не ворохнется, молчит, повеся голову. И стал царевич спрашивать, за что того человека немилосердно бьют? 
Отвечают ему люди добрые: 
- Задолжал он именитому купцу десять тысяч рублей да в срок и не выплатил, за то его и бьют. 
Сжалился над ним Петр-царевич, вынул деньги и того человека из-под кнута выкупил. 
Чуть только успел он от того места отойти, вдруг слышит, что бежит за ним следом тот самый человек и кричит ему: 
- Спасибо тебе, царевич! За твое добро и я тебе отплатить должен! Посмотрел на него царевич да и говорит: 
- Чем же ты отплатить мне можешь? 
- А вот чем: ты, царевич, уже на возрасте и жениться тебе давно пора, а я тебе в жены достану первую в свете красавицу и умницу - Василису Кирбитьевну. 
Спасибо, добрый молодец! А как тебя звать? 
Зови меня Булатом-молодцом: я тебе не хуже булата верой и правдой послужу. 
- А где же живет моя невеста? 
Живет она за тридевять земель, в тридесятом царстве, и отец ее грозный царь Кирбит собирается ее замуж за Змея Горыныча выдать. 
Купил царевич Булату-молодцу коня и доспех богатырский, и поехали они вместе в тридесятое царство. 
Приехали в царство, подъезжают к Кирбитовым палатам - показывает царевичу Булат-молодец высокий терем с золотым верхом; и увидел царевич - в том тереме у окошечка косящатого сидит девица-раскрасавица, сама слезно плачет. 
Приглянулась та девица царевичу, и говорит он товарищу: 
- Пойдем к царю Кирбиту, посватаемся за Василису Кирбитьевну. 
- В уме ли ты, царевич! - отвечает Булат-молодец.- Или ты не слышал, что царь Кирбит обещал свою дочь за Змея Горыныча выдать, а о других женихах и слышать не хочет? Оттого-то вон девица и плачет, словно река льется. Нет! Уж коли приглянулась тебе Василиса Кирбитьевна, так ты меня попроси, я для тебя ее из терема достану. 
- Ах, Булат-молодец, коли ты мне эту службу сослужишь, так будешь ты для меня дороже брата родного! 
И точно, только что ночь наступила, подкрался Булат-молодец к терему, взобрался вверх по стене не хуже кошки, стукнул-брякнул в окошечко косящатое и говорит душе красной девице: 
- Не пугайся, прекрасная царевна! Я к тебе сватом от Петра-царевича прислан - хочет он взять тебя за себя замуж, избавить от Змея Горыныча. 
Обрадовалась Василиса Кирбитьевна, говорит Булату-молодцу: 
- Готова за царевича хоть на край света идти, лишь бы от Змея Горыныча уйти. 
И взял Булат царевну на могучие плечи, спустился с ней бережно вниз по стене терема и привел к царевичу. Посадил царевич девицу на своего коня, и поскакали добрые молодцы из Кирбитова царства во всю конскую прыть. 
Утром царь Кирбит видит, что у терема дочери окно выбито и сама она из терема похищена. Сильно царь разгневался и выслал за дочерью погоню по всем дорогам. И вот - много ли, мало ли ехали наши витязи - заслышал Булат-молодец погоню вдали, снял с руки перстень, спрятал за пазуху и говорит жениху с невестою: 
- Поезжайте вперед! Я перстень свой обронил, так назад ворочусь, перстня своего поищу.
Унимает его Василиса Кирбитьевна: 
- Хочешь, я тебе вместо твоего свой перстень отдам? 
- Никак нельзя, Василиса Кирбитьевна, моему-то перстню ведь и цены нет: давала мне его родная матушка, приговаривала: «Носи, не теряй, меня не забывай!» Тотчас повернул коня, назад поскакал, встретил рать-силу великую, всю притоптал, прирубил и нагнал царевича, будто ни в чем не бывало. Вскоре настигла их темная ночь: раскинули они шатер, царевну под шатром спать уложили, а сами у входа стали. 
И говорит Булат-молодец царевичу: 
- Я теперь приусну, а ты царевну покарауль. 
Растянулся на земле, седло под голову и захрапел. Царевич стоял-стоял, утомился, присел у шатра да и забылся сладким сном... 
Откуда ни возьмись; Змей Горыныч над тем шатром высоко взвился и стал кружить в воздухе ... Видит он, что спят добрые молодцы, спит и красная девица, и спустился он на землю - одним крылом шатер сбил, другим девицу на спину подхватил и понес ее в свои горы железные, в свои темные палаты ... Проснулась девица, смотрит и видит: несет ее Змей Горыныч на своем чешуйчатом хребте, могучими крыльями широко машет, зелеными глазами на нее нежно смотрит и спускается в свое темное ущелье, а в ущелье том как жар горят все окна в его высоких хоромах. 
Очнулись на заре витязи - видят: шатер на боку и нет в нем Василисы Кирбитьевны. Заплакал царевич, а Булат и говорит ему: 
- Нечисто дело! Твою невесту унес, видно, Змей Горыныч, и плакать теперь недосуг; поедем, авось ее разыщем. 
Долго-долго они ехали - наезжают на большое стадо, и пасут то стадо два пастуха. Спрашивают витязи: 
- Чье это стадо? 
- Змея Горыныча. 
Расспросили подробно витязи: далеко ли Змей живет, и как к нему проехать, и в какое время стадо домой загоняют, и куда его на ночь запирают. Как рассказали им пастухи все по порядку, так витязи с коней слезли, пастухов схватили, к дереву накрепко привязали, а сами нарядились в их платье и погнали стадо домой. 
А тем временем Василиса Кирбитьевна в крепких чертогах Змея Горыныча сидит, плачет, сокрушается, горючими слезами обливается. Приходит к ней девушка Чернавушка, говорит: 
- Царевна! Ты с утра ничего не кушала! Дай я тебе хоть молочка принесу - вон, я вижу, пастухи-то наши из поля стадо пригнали. 
Прибежала она потом к царевне с чашкою молока да и говорит ей с усмешкою:
- Пастухи-то над нами насмехаются, озорничать стали - один опустил в молоко свой золот- перстень. 
Царевна выпила молоко и видит, что на дне чашки лежит перстень Петра-царевича. То-то она обрадовалась! Бросилась на шею к девушке Чернавушке, говорит ей:
- Милая, хорошая! Приведи ко мне тех пастухов! 
Привела девушка царевича с Булатом-молодцом. Как увидела их царевна, тотчас о слезах и думать позабыла, за стол их усадила, всякими яствами накормила и питьями напоила. 
И говорит ей Булат-молодец: 
- Скажи нам, царевна: как бы нам тебя от Змея Горыныча избавить? Царевна молчит; а девушка Чернавушка в беседу вступает, говорит витязю: 
- Коли вы меня отсюда увезете, с собою в ваше царство возьмете, так я скажу вам, как Змея извести. 
- Говори, красная девица! Все для тебя сделать готовы. 
- Змея Горыныча только тот убить может, кто ему в сердце меч по самую рукоять всадит; а у него, как раз против сердца, есть под левым крылом одно место, чешуей не покрыто, и он то место пуще глаза бережет; по земле ползет - к земле прижимает, по воздуху летит - крылом прикрывает. 
- Так как же в то место мечом-то попасть? - спросил Булат-молодец. 
- А вот как: ступай, добрый молодец, на ту тропиночку, по которой Змей к реке каждый вечер ходит, когда ночью с охоты в свои палаты возвращается. Вырой на той тропинке яму, засядь в нее и выжидай того времени, когда он через яму поползет, да снизу-то и всади ему меч в сердце по самую рукоять, коли хватит у тебя на то бодрости и храбрости. 
Пошел Булат-молодец, вырыл на тропинке яму, засел в нее, меч наготове держит, врага дожидается ... Чуть только смеркаться стало, слышит он, как Змей Горыныч к реке ползет, словно целыи обоз по дороге идет: и шипит, и свистит, и чешуями, как доспехом, гремит. Как только стал Змей через яму переползать, Булат-молодец увидел то место, что чешуей не покрыто, и всадил ему в сердце меч свой по самую рукоятку. Хлынула из Змея черная кровь - чуть Булата-молодца в яме не потопила. Стал Змей в кольца свиваться, по траве, по кустам кататься и говорит Булату-молодцу: 
- За меня есть кому отомстить - будет ли кому тебя от беды неминучей искупить? 
Сказал и издох. А Булат в змеевы палаты вернулся, змеевы сокровища забрал, девушку Чернавушку к себе в седло посадил, а царевич - царевну, и восвояси поехали. 
Ехали, ехали, и настигла их в пути темная ночь. Раскинули шатер, разложили костер и спать полегли: один Булат-молодец на часах стоит. В глухую полночь прилетели двенадцать голубиц, покружились около костра, ударили крыло о крыло и стали двенадцать девиц. 
- Ну, Булат-молодец и Петр-царевич! Убили вы нашего брата Змея Горыныча, увезли нашу невестушку Василису Кирбитьевну - не будет и вам добра: как приедет царевич домой, как велит вывести свою собачку любимую, она вырвется у псарей и разорвет царевича на мелкие части. А кто это слышит да ему скажет ,- тот по колена каменный будет. 
Обернулись голубицами и улетели. Через час времени прилетают другие двенадцать голубиц, покружились около костра, ударили крыло о крыло, стали двенадцать девиц. 
- Ну, Булат-молодец и Петр-царевич! - говорят они, - убили вы нашего братца 3мея Горыныча, увезли нашу невестушку Василису Кирбитьевну - не будет и вам добра: как приедет царевич домой, как велит к себе вывести своего любимого коня, тот конь у конюхов вырвется, убьет царевича до смерти. А кто это слышит да ему скажет - тот по пояс каменный будет! 
Обернулись голубицами и чуть только отлетели, прилетают третьи двенадцать голубиц, обертываются в двенадцать девиц и вслух говорить начинают: 
- Ну, Булат-молодец и Петр-царевич, убили вы нашего братца Змея Горыныча, увезли нашу невестушку Василису Кирбитьевну; не сдобровать и вам будет: как приедет царевич домой, велит вывести любимую корову, от которой сызмала молочком питался, и вырвется та корова у скотника, вскинет царевича на рога, расшибет его в мелкие крохи ... А кто нас видит да слышит, да ему скажет - тот весь каменный будет. 
Как они это сказали, обернулись голубицами и полетели. А тем временем и ночь прошла, и светать стало. Проснулись в шатре царевич с царевною и с девушкой Чернавушкой и отправились в путь. 
Вот только царевич в свое царство приехал, тотчас сыграл свадьбу с Василисой Кирбитьевной, и поселились они в своих богатых палатах белокаменных. Спустя день ,либо два говорит царевич жене своей: 
- Хочешь, я покажу тебе свою любимую собачонку? Как был я маленький, все с ней забавлялся. 
Булат-молодец услыхал это и стал у крыльца. Вывели псари собаку царевича, показывают, а та вырвалась от них, прямо к царевичу на крыльцо бросилась ... Да Булат -молодец не допустил, махнул мечом и разрубил собаку на полы. Разгневался царевич да за старую службу промолчал, ничего не сказал. 
На другой день приказал царевич вывести напоказ своего любимого коня и говорит женушке милой: 
- Вот, посмотри, это тот самый, на котором я сызмала кататься привык. 
Вдруг конь порвал аркан, у конюха вырвался и скачет прямо на царевича. Булат -молодец и тут не дал маху: подпустил коня близехонько и с размаху отрубил ему голову. Царевич пуще прежнего прогневался: 
- Ну,- говорит,- ты, Булат-молодец, не в свою голову играешь! Прощу еще на  раз твою дерзость неслыханную, а вперед берегись ... 
На третий день велел царевич к жене привести свою корову любимую: 
- Вот,- говорит,- посмотри, женушка милая, это та самая буренушка, от которой я сызмала молоком питался. 
И только было хотел ее из своих рук покормить, а корова та вырвалась у скотника, бросилась к царевичу - хочет его на рога вскинуть ... Не сплошал Булат- молодец: как ударит между рог мечом буренушке, так и положил ее на месте. Тут царевич так разгневался, что и говорить не мог ... Затрясся весь, кричит слугам, приспешникам: 
- Возьмите этого ослушника, бросьте его в погреба глубокие, а поутру казните лютой смертью. 
И говорит Булат-молодец царевичу: 
- Погоди казнить меня, я и сам помру! Дай мне только наперед тебе три речи вымолвить. 
И рассказал он царевичу про ту ночь, когда он на часах стоял: рассказал про первых голубиц - окаменел по колена; рассказал про вторых - окаменел по пояс; рассказал про третьих - наземь упал и тотчас же весь каменный стал. Горько стали по нем плакать царевич с супругою, приказали поднять его бережно и поставить в особой палате; и каждый день Потом стали они с Василисой Кирбитьевной в ту палату ходить и все о верном Булате-молодце горевать да тужить. 
Так-то и много лет прошло. Успели у Петра-царевича и Василисы Кирбитьевны детки - сын да дочка - народиться, успели и подрасти, и поумнеть, и ходить, и говорить научиться ... И крепко они тех деток любили, много на них утешались и радовались, а все же и Булата-молодца забыть не могли. 
Однажды сидит Петр-царевич над каменным Булатом-молодцом, горько плачет, верного слугу вспоминает и слышит - из камня голос раздается: 
- Что ты надо мною плачешь? Мне и так тяжело! 
- Как мне не плакать? Ведь я же тебя загубил. 
- Ты загубил, ты и спасти можешь; есть у тебя двое детей - сын да дочь; поди, отрежь у них руки, помажь меня той кровью - я тотчас оживу. 
Петр-царевич сказал об этом Василисе Кирбитьевне, и пошли они, отрезали у спящих детей руки по локоть, помазали Булата-каменного, и тотчас он ожил ... 
И спрашивает Булат у царевича и его жены: 
- Что, небось жалко вам, что деток-то для меня искалечили? 
- Жалко, Булат-молодец! 
- Так ступайте же вы в их почиваленку - посмотрите, что с ними сталось! 
Пришли отец с матерью, заглянули к деткам в кроватки и глазам не верят _ видят, что детки их спят раскинувшись, во сне улыбаются, обеими ручонками от мух отбиваются. Отец с матерью так обрадовались, что в первый раз после свадьбы задали пир на весь крещеныи мир.Я на том пиру был - все горе позабыл; меду-пива мне недостало - да на душе-то весело стало!