Музыка

Брат застал сестренку в слезах. — Он убежал! — говорила она сквозь слезы. — Он не хочет у меня жить! Брат поставил блюдечко с молоком на стол и принялся ее утешать:

— Распустила нюни! Да я его сейчас поймаю в сапог! — Как в сапог? — удивилась девочка. — Очень просто! Сниму сапог и положу его голенищем по стенке, а ты погонишь мышонка. Он побежит вдоль стенки — они всегда по самой стенке бегают, — увидит дырку в голенище, подумает, что это норка, и шмыг туда! Тут я его и схвачу, в сапоге-то. Сестренка перестала плакать. — А знаешь что? — сказала она задумчиво. — Не будем его ловить. Пусть живет у нас в комнате. Кошки у нас нет, его никто не тронет. А молочко я буду ставить ему вот сюда, на пол. — Всегда ты выдумываешь! — недовольно сказал брат. — Мне дела нет. Этого мышонка я тебе подарил, делай с ним, что хочешь. Девочка поставила блюдце на пол, накрошила в него хлеба. Сама села в сторонку и стала ждать, когда мышонок выйдет. Но он так и не вышел до самой ночи. Ребята решили даже, что он убежал из комнаты. Однако утром молоко оказалось выпитым и хлеб съеденным. "Как же мне его приручить?" — думала девочка. Пику жилось теперь очень хорошо. Он ел теперь всегда вдоволь, серых мышей в комнате не было, и его никто не трогал. Он натаскал за сундук тряпок и бумажек и устроил себе там гнездо. Людей он остерегался и выходил из-за сундука только ночью, когда ребята спали. Но раз днем он услышал красивую музыку. Кто-то играл на дудочке. Голос у дудочки был тонкий и такой жалобный. И опять, как в тот раз, когда Пик услыхал "соловья-разбойника" — жулана, мышонок не мог справиться с искушением послушать музыку ближе. Он вылез из-за сундука и уселся на полу среди комнаты. На дудочке играл мальчик. Девочка сидела рядом с ним и слушала. Она первая заметила мышонка. Глаза у нее стали вдруг большие и темные. Она тихонько подтолкнула брата локтем и прошептала ему:

— Не шевелись!... Видишь, Пик вышел. Играй, играй: он хочет слушать! Брат продолжал дудеть. Дети сидели смирно, боясь пошевелиться. Мышонок слушал грустную песенку дудочки и как-то совсем забыл про опасность. Он даже подошел к блюдцу и стал лакать молоко, точно в комнате никого не было. И скоро налакался так, что сам стал свистеть. — Слышишь? — тихонько сказала девочка брату. — Он поет. Пик опомнился только тогда, когда мальчик опустил дудочку. И сейчас же убежал за сундук. Но теперь ребята знали, как приручить дикого мышонка. Они тихонько дудели в дудочку. Пик выходил на середину комнаты, садился и слушал. А когда он сам начинал свистеть, у них получались настоящие концерты.